Сергей Есенин

На Кавказе

          Издревле русский наш Парнас
          Тянуло к незнакомым станам,
          И больше всех лишь ты, Кавказ,
          Звенел загадочным туманом.

          Здесь Пушкин в чувственном огне
          Слагал душой своей опальной:
          "Не пой, красавица, при мне
          Ты песен Грузии печальной".

          И Лермонтов, тоску леча,
          Нам рассказал про Азамата,
          Как он за лошадь Казбича
          Давал сестру заместо злата.

          За грусть и желчь в своем лице
          Кипенья желтых рек достоин,
          Он, как поэт и офицер,
          Был пулей друга успокоен.

          И Грибоедов здесь зарыт,
          Как наша дань персидской хмари,
          В подножии большой горы
          Он спит под плач зурны и тари.

          А ныне я в твою безгладь
          Пришел, не ведая причины:
          Родной ли прах здесь обрыдать
          Иль подсмотреть свой час кончины!

          Мне все равно!  Я полон дум
          О них, ушедших и великих.
          Их исцелял гортанный шум
          Твоих долин и речек диких.

          Они бежали от врагов
          И от друзей сюда бежали,
          Чтоб только слышать звон шагов
          Да видеть с гор глухие дали.

          И я от тех же зол и бед
          Бежал, навек простясь с богемой,
          Зане созрел во мне поэт
          С большой эпическою темой.

          Мне мил стихов российский жар.
          Есть Маяковский, есть и кроме,
          Но он, их главный штабс-маляр,
          Поет о пробках в Моссельпроме.

          И Клюев, ладожский дьячок,
          Его стихи как телогрейка,
          Но я их вслух вчера прочел -
          И в клетке сдохла канарейка.

          Других уж нечего считать,
          Они под хладным солнцем зреют.
          Бумаги даже замарать
          И то, как надо, не умеют.

          Прости, Кавказ, что я о них
          Тебе промолвил ненароком,
          Ты научи мой русский стих
          Кизиловым струиться соком.

          Чтоб, воротясь опять в Москву,
          Я мог прекраснейшей поэмой
          Забыть ненужную тоску
          И не дружить вовек с богемой.

          И чтоб одно в моей стране
          Я мог твердить в свой час прощальный:
          "Не пой, красавица, при мне
          Ты песен Грузии печальной".

          <1924>

---------------------------------------------------------------------------

Примечания

Газета "Заря Востока", Тифлис, 1924, N722, 6 ноября.

И Грибоедов здесь зарыт. - Могила Грибоедова находится на горе Мтацминда в
Тбилиси.